Внезапно! Высокопоставленный представитель Федеральной резервной системы предупреждает: ожидания по ИИ способствуют росту процентных ставок, и если это не оправдается, будет стагфляция — как долго сможет держаться ваш $BTC?

Гулсби, председатель Федеральной резервной системы Чикаго, на конференции в Стэнфордском институте Хувер лично опроверг нарратив о «снижение ставок, основанном на ИИ», который активно продвигали администрация Трампа и кандидат на пост председателя ФРС Вош. Он прямо указал на ядро проблемы: широкие ожидания рынка по поводу повышения производительности благодаря ИИ сами по себе поднимают ставки. Если технологические дивиденды не реализуются, последствия будут еще хуже — стагфляция.

Гулсби сослался на данные опроса Федеральной резервной системы Чикаго, согласно которым экономисты, специалисты в области технологий и обычные граждане ожидают, что в ближайшие десять лет ежегодный прирост производительности составит примерно один процент. Эти широко распространенные ожидания, наоборот, создают риск перегрева экономики. Он предупредил: «Чем больше хайпа, тем больше скрытых опасностей.»

Эти заявления напрямую бросают вызов логике Воша и Бессонта. Вош, который, как ожидается, в понедельник получит одобрение на пост 17-го председателя ФРС, неоднократно заявлял, что ИИ принесет «самый продуктивный импульс за всю жизнь», и рассматривает его как структурный фактор, сдерживающий инфляцию, что подразумевает возможность снижения ставок. Министр финансов Бессонт также сравнивает текущую ситуацию с «зародышем производственного бума 1990-х годов». Но Гулсби считает, что это сравнение несостоятельно.

Его основной аргумент заключается в том, что макроэкономический эффект от повышения производительности зависит от того, является ли оно «неожиданным» или «заранее ожидаемым». Когда производительность превышает ожидания, инфляция снижается, и ставки могут идти вниз. Но если рынок уже полностью заложил в цены технологические дивиденды, жители и компании начнут преждевременно увеличивать расходы и инвестиции до того, как рост произойдет. Такое «перекредитование будущего» вызывает перегрев экономики и, наоборот, поднимает ставки.

Он приводит пример технологического бума 1990-х годов, когда под руководством Гринспена Федеральная резервная система в 1999–2000 годах шесть раз повышала ставки, чтобы справиться с давлением, вызванным ожиданиями роста спроса благодаря повышенной производительности. Гулсби прямо заявил, что Вош, ссылаясь на аналогии с 1990-ми, использует их как повод для снижения ставок, «для меня это трудно понять».

Бывший председатель Федерального резервного банка Сент-Луиса Джеймс Буллард спросил: «Что будет, если ожидания по поводу ИИ не оправдаются?» Гулсби дал более суровый ответ: если рынок продолжит ожидать бум, постоянно перекредитуя потребление и инвестиции, а дивиденды от технологий так и не реализуются, экономика войдет в рецессию на фоне перегретого спроса и высокой инфляции. Он сказал: «Легко попасть в стагфляцию — это не пузырь, это базовые показатели.»

Гулсби перечислил несколько индикаторов, за которыми он наблюдает: эффект богатства, отражающийся на ценах на жилье и стимулирующий потребление; рост стоимости земли и чипов из-за бума строительства дата-центров, который уже затронул и несвязанные с ИИ отрасли; а также изменения в количестве работников, покидающих рынок труда из-за ожиданий увеличения богатства в будущем.

Однако эта логика не лишена критики. Член Совета управляющих ФРС Вулф в той же дискуссии возразил, что канал эффекта богатства «существует давно во многих моделях», но в реальных данных «он не проявляется постоянно». Если учитывать такие реалистичные факторы, как невозможность легко заложить будущий доход в ипотеку или постепенность расходов, этот эффект значительно ослабнет.

Атлантический исследователь ФРС Стивен Дэвис из другого измерения выразил сомнение: средний объем инвестиций компаний в ИИ в 14 раз превышает медианный, что указывает на то, что инвестиционный бум сосредоточен у немногих компаний, а не широко распространен. Экономист Чикагского университета Луиджи Цингалес отметил, что опрос Федерального резервного банка Нью-Йорка показывает, что все больше жителей ожидают потерять работу из-за ИИ, что, наоборот, может повысить сбережения, а не стимулировать потребление и преждевременные траты — в противоположность опасениям Гулсби.

Сам Гулсби признает, что эта динамика действительно может указывать на противоположные выводы. Но в любом случае, для розничных инвесторов, держащих $BTC и $ETH, ожесточенная дискуссия внутри ФРС о реальных эффектах ИИ означает, что снижение ставок — дело далекое. Если стагфляция настанет, рисковые активы столкнутся с двойным давлением: инфляционные ожидания снизят оценки, а рецессия — спрос. Как долго вы сможете держать свои позиции?